Яхта "Беда"

   Утром меня ждал страшный сюрприз: я не только сутки хода потерял с этой аварией – я потерял название корабля!
   Имя для корабля – то же, что фамилия для человека.
   Да вот, недалеко ходить за примером: Врунгель, скажем, звучная, красивая фамилия. А будь я какой-нибудь Забодай-Бодайло, или вот ученик у меня был – Суслик... Разве я мог бы рассчитывать на то уважение и доверие, которым пользуюсь сейчас? Вы только представьте себе: капитан дальнего плавания Суслик... Смешно-с!
   Вот так же и судно. Назовите судно "Геркулес" или "Богатырь"– перед ним льды расступятся сами, а попробуйте назовите своё судно "Корыто" – оно и плавать будет, как корыто, и непременно перевернётся где-нибудь при самой тихой погоде.
   Вот поэтому я назвал яхту "Победа". Вот славное имя для славного корабля! Вот имя, которое не стыдно пронести по всем океанам! Я заказал медные литые буквы и сам укрепил их на срезе кормы. Начищенные до блеска, они огнём горели. За полмили можно было прочесть: "Победа".
   И вот в тот злополучный день, под утро, я стою один на палубе. На море штиль, порт ещё не проснулся, после бессонной ночи клонит ко сну... Вдруг вижу: пыхтит портовый катерок-работяга, подходит прямо ко мне и – хлоп на палубу пачку газет! Честолюбие, конечно, в известной мере порок. Но все мы люди, все человеки, как говорится, и каждому приятно, когда в газете пишут про него. Да-с. И вот я разворачиваю газету. Читаю:
   "Вчерашняя авария на старте кругосветного похода как нельзя лучше оправдала оригинальное имя, которое капитан Врунгель дал своему судну..."
   Я несколько смутился, но, признаться, толком не понял, о чём разговор. Хватаю другую газету, третью... Тут в одной из них мне бросается в глаза фотография: в левом углу я, в правом мой старший помощник Лом, а посредине наша красавица яхта и подпись: "Капитан Врунгель и яхта "Беда", на которой он отправляется..."
   Тогда я всё понял. Я бросился на корму, посмотрел. Так и есть: сбило две буквы – "П" и "О".
   Скандал! Непоправимый скандал! Но сделать уже ничего невозможно: у газетчиков длинные языки. Врунгеля, капитана "Победы", никто не знает, зато весь мир узнал уже о моей "Беде".
   Но долго горевать не пришлось. С берега потянул ветерок, паруса зашевелились, я разбудил Лома и стал поднимать якорь.
   И пока мы шли морским каналом, нам со всех кораблей, как назло, кричали:
   – Эй, на "Беде", счастливого плавания!
   Жалко было красивого имени, но ничего не поделаешь. Так на "Беде" и пошли.
(385 слов)

По А. Некрасову