Театрик, куда вечером отправились приятели, помещался довольно далеко от центра, на бульваре, и имел вид довольно убогий. Делалось здесь всё как-то по-домашнему, и даже касса, расположенная в маленьком холле на первом этаже, отпиралась только за полчаса до спектакля. В узеньких коридорчиках, тесных и неопрятных, у театральной залы зрителей встречали девушки, продававшие программки. Перед первым рядом, у самой сцены, стояли пианино и четыре пульта. Очевидно, публику собирались угощать квартетом. Это обещало мало хорошего. Ещё Виктор Гюго сказал когда-то знаменитому композитору, хотевшему написать романс на его слова: «Неужели мои стихи так плохи, что их ещё надо приправлять музыкой?» Публика собиралась лениво. Но вот заиграл оркестр, и спектакль начался. Действие оказалось скучным, и после первого акта наши приятели решили уйти. Они, недовольные и мрачные, ворча, выбрались из театра и пошли по темноватым улицам. Дождь моросил по-прежнему, и беспомощно мигали газовые фонари. Было тихо и безлюдно.
(142 слова)
По П. Гнедичу