У каждого человека случаются моменты, когда "свои собственные", казалось бы, абсолютно неповторимые "главные слова" (правды, лжи, надежды, страдания, самообмана) он слышит вдруг из уст других людей, и – вздрагивает, и – узнаёт их то в ужасе, то в стыде, то в счастье.
XX век принёс доказательство, страшное и обнадёживающее доказательство истинности открытия Достоевского: сама реальность заговорила вдруг на его языке. А. Адамович и Д. Гранин, авторы "Блокадной книги", беседуя с уцелевшими ленинградскими блокадниками, были потрясены: "Жизнь словно начиталась Достоевского!" И самое потрясающее в том, что большинство этих людей заговорили языком Достоевского, не подозревая об этом, "цитировали" его, не зная, не читая, не помня, не "подслушивая"! А ведь даже блокада, даже вся минувшая война, даже худшие из концлагерей, даже Хиросима и Нагасаки – всё это лишь слабые, бледные наброски той картины всемирной гибели, которая и грозит стать реальностью. Но эта угроза и заставляет простых смертных заговорить вдруг языком гениального пророка-гуманиста.
Сколько написано о решающей проверке теории Эйнштейна, когда в 1919 году две астрономические экспедиции (в Бразилии и Западной Африке) сфотографировали Солнце во время его полного затмения и обнаружили предсказанное отклонение лучей света в поле тяготения Солнца. Триумф! Но предчувствия, предсказания, открытия Достоевского прошли ничуть не менее серьёзную проверку. И не надо быть гением, чтобы увидеть это, не надо никаких экспедиций и даже – никаких телескопов: все "затмения", все "отклонения" стали видны невооружённым глазом. А ведь реальное значение открытий Достоевского несравненно важнее открытий, скажем, Эйнштейна, который сам это и признавал, сам на этом настаивал.
"Всем человекам надобно воздуху, воздуху, воздуху-с... Прежде всего!"
Теперь уж буквально – всем, буквально – воздуху, буквально – не хватает. Не хватает именно потому, что ещё раньше (как это предвидел, предчувствовал Достоевский), и давно уже, перестало хватать воздуху правды, воздуху нравственного.
И всё больше людей ощущают это, всё больше думают, кричат об этом, хотя и на разные голоса.
(291 слово)
По Ю. Карякину