Мы поехали полем, поросшим бесконечным кустарником, а также низким березняком. Я лишь одного опасался, что мой кучер не сумеет найти поворот среди этой тьмы.
Как я ни напрягал своё зрение и слух, но ничего не мог разглядеть. То же, по-видимому, старался делать и кучер, но тоже ничего не видел. В потемневшем небе блестели меж туч звёзды. Вокруг нас плотнее сгущались тёмные тени. Мы молча ехали с полчаса, понапрасну прислушиваясь и присматриваясь, как вдруг послышался вблизи собачий лай, который с каждою минутою становился слышнее. Минуту спустя две белые собаки бросились со злобным лаем к нашей повозке. Очевидно, неподалёку было ночное. Я велел кучеру ехать потише, чтобы не сбиться с дороги, собаки продолжали нас преследовать. Я велел остановиться и окликнул. К нам подошёл мальчик лет пятнадцати и отозвал собак. Я спросил, далеко ли до поворота к усадьбе, на что он ответил, что его мы уж проехали. Трудно решить, отчего мы оба не заметили поворота: оттого ли, что было очень темно, или оттого, что кучер вопреки моему приказанию продолжал дёргать вожжами и править. Вернее всего, что от того и другого вместе.
Я решил во что бы то ни стало найти дорогу. К счастью, мы были, как оказалось впоследствии, недалеко от того места, где нужно было сворачивать. Поэтому я велел ехать потише, чтобы не пропустить поворота.
Итак, дорога была найдена. Лошадь, почуяв ночлег, бежала крупной рысью. До дому оставалось вёрст одиннадцать-двенадцать, которые мы проехали благополучно и так скоро, как этого я и не ожидал.
(241 слово)
По С. Бородину