Ледник

   Вопрос о восхождении на ледник был решён накануне. И вот он – последний подъём. Невысокие сосны и огромные глыбы серого гранита, опушённые колючим мехом можжевельника. Солнце накаливает камень и хвою и наполняет воздух густым смоляным духом.
   Мы идём вдоль каменной отвесной стены. Серое однообразие гранита освежено пунцовеющими звёздочками герани, голубеющими незабудками, лиловыми с жёлтой серединой невиданными ромашками и ржаво-красными маками. На фоне серого камня они особенно красочны. Мы восхищённо смотрим на них, карабкаясь по глыбам старой морены ещё ледникового периода. Впереди уже виден грот ледника и чувствуется его чуть приглушённое полуденным зноем холодное дыхание. Виден морщинистый, исполосованный трещинами, грязно-голубоватый язык ледника. Над ним – хаотическое нагромождение белых ледяных глыб более чистого голубого оттенка – это ледопад. Ещё выше – белая целина снежных полей, режущая глаза своим блеском. Здесь, под нависшей каменной громадой, образовавшей естественную, закопчённую дымом костров пещеру, мы устроили привал. Под нами широкое ледяное, подымающееся поле – белое, кое-где покрытое зернистым плотным снегом, кое-где просвечивающее прозрачной ледяной голубизной. Узенькие ручейки с журчанием бегут по проточенным ими во льду канавкам в разных направлениях. Над нами – яркое солнце и разрежённый горный воздух.
   Солнце, камень и лёд в течение веков и тысячелетий играют друг с другом. На каждом шагу здесь мы видим следы этих игр. Вот ледниковые столы. Большой плоский камень, попавший на ледник, не пропускает солнечных лучей, и в то время, как вокруг камня лёд, подтаивая, понижается, под камнем он не тает, образуя ледяную ножку. Через несколько лет камень оказывается на ледяной подставке.
   Вдоль и поперёк ледник исчерчен трещинами, словно кто-то острым ножом резал по его поверхности. Осторожно подходим к краю трещины и заворожённо заглядываем в голубую, холодную, жуткую глубину. Прозрачная синяя толща льда двумя суживающимися полированными стенами косо уходит вниз. Брошенный камень долго летит туда, гулко ударяясь о края.
   Дальше – ледяной колодец, оставшийся от трещины, затянувшейся льдом. Он ещё более жуток. Проводник осторожно бросает в него большой камень – и долго мы прислушиваемся к несущемуся из глубоких недр ледника гулу, напоминающему взрывы и выстрелы.
(318 слов)