Нужно родиться в культурном обществе для того, чтобы найти в себе терпение всю жизнь жить среди него и не пожелать уйти куда-нибудь из сферы всех этих тяжёлых условностей. Я родился и воспитывался вне этого общества и поэтому не могу принимать его культуру большими дозами без того, чтобы, спустя некоторое время, у меня не появилась необходимость выйти из её рамок.
В деревне почти так же невыносимо тошно и грустно, как и среди интеллигенции. Всего лучше отправиться в трущобы городов. Лет пять назад я предпринял именно такую прогулку и, расхаживая по святой Руси, попал в Феодосию. В то время там начинали строить мол, и, в надежде заработать немного денег на дорогу, я отправился на место сооружения.
Желая сначала посмотреть на работу как на картину, я взошёл на гору и сел там, глядя вниз на бескрайнее, могучее море.
Передо мной развернулась широкая картина труда: весь каменистый берег был изрыт, всюду ямы, кучи камня, тачки, брёвна и ещё какие-то приспособления из брёвен, и среди всего этого сновали люди. Они, разорвав гору динамитом, дробили её кирками, расчищая площадь для линии железной дороги. Они казались маленькими, как черви, на фоне тёмно-коричневой горы, изуродованной их руками, и, как черви, суетливо копошились среди груд щебня в облаках каменной пыли. Хаос вокруг них, раскалённое небо над ними придавали их суете такой вид, как будто бы они вкапывались в гору, стремясь уйти в недра её от солнечного зноя.
По ломаной линии досок, набросанных тут и там, медленно двигалась вереница людей, согнувшись над тачками, нагруженными камнем, и навстречу им шла другая с порожними тачками. Среди них расхаживали распорядители в белых кителях с металлическими пуговицами, сверкающими на солнце, как чьи-то жёлтые холодные глаза.
Море спокойно раскинулось до туманного горизонта и тихо плещет своими прозрачными волнами на берег. Сияя в блеске солнца, оно точно улыбалось добродушной улыбкой Гулливера, сознающего, что, если он захочет, одно движение – и работа лилипутов исчезнет.
Тихо взбегают волны на берег, усеянный толпой людей, созидающих каменную преграду, взбегают и поют свою звучную ласковую песню о прошлом, о всём, что в течение веков видели они на бескрайних берегах этой земли.
(339 слов)
По М. Горькому