Синеватый подводный свет дня льётся сквозь окна. Как весенние листья, наряжаются танцоры бала. На полу, как следы урагана, остались куски разноцветной ткани, обрывки мишурных ожерелий, блёстки золота, осколки бокалов, растерзанный букет цветов, забытый алый плащ.
Кое-где в углах ещё кружатся забывшиеся в экстазе танца плясуньи, которые продолжают танцевать одни, для себя, не слыша, что угас и рассыпался последний аккорд оркестра, и не замечая, что синеватая зала опустела и поблёкла.
Рассвет. Пять часов утра. Золотистое весеннее утро, дымчатое и свежее... И сквозь этот деловой, утренний, сдержанный Париж, с криками, песнями и музыкой, кто пешком, кто в каретах, кто верхом на извозчичьей лошади, кто взобравшись на верх кареты, разгорячённые пляской и головокружением бала, две тысячи человек собираются, чтобы по старинной традиции встретить весенний праздник.
(122 слова)
По М. Волошину