Штурм Измаила был поистине торжеством русского военного искусства. Крепость считалась неприступной. Участники штурма, глядя при дневном свете, куда им приходилось ночью взбираться, сами себе не верили. Турки, никак не ожидавшие взятия Измаила, впали в неописуемый ужас. И такой победе мы во многом обязаны полководцу Александру Васильевичу Суворову.
Свидетели той эпохи отмечают, что войско не только любило, но почти боготворило своего великого полководца.
Но не только на поле сражения приобрёл он высшую степень любви. Старики солдаты любили его, рассказывали о прежних его подвигах молодым, вспоминали о нём забавные случаи. Они почитали его каким-то существом высшего рода. Офицеры видели в нём отца, любящего награждать каждый шаг усердия. Генералы его любили, но и боялись.
Знал Суворов, что солдат не любит в начальнике своём пышность, и потому жил просто: обедал по-солдатски рано, хлебал солдатские щи и кашицу. Единообразие жизни с жизнью солдат сближало его с их сердцами, и они видели в нём героя, начальника, отца и первого своего брата-солдата. Кроме торжественных праздничных дней, когда Суворов украшал себя знаками отличия, был он всегда одет в простую солдатскую куртку и тогда не требовал никаких почестей.
Величайшее искусство его было в разговоре со своими чудо-богатырями. Тут был он неподражаем. В их вкусе, на их слоге, на их языке беседовал он с ними.
На всё войско смотрел Суворов строго, беспристрастно. Все перед ним равны. Не хотел он знать никаких связей. Только истинное достоинство обращало на себя всё его внимание и покровительство, а потому никто не опасался, что другой заслонит ему дорогу к счастью.
(245 слов)
По М. Жуковой