Песни каждого башмачника, которые он, сидя на скамеечке и помогая работе, распевает часто с утра до вечера, резкой чертой разделяются на городские и деревенские, потому что все башмачники часть времени проводили в Москве и часть в деревне как сельские хозяева.
Эти кочевья кустарей назывались походами – вероятно, потому, что до проведения железной дороги совершались пешком. Было три похода: зимний – от Рождества до начала весенних работ в деревне; летний – от Петрова дня; осенний – от конца уборки хлеба до Рождества. Мастера-башмачники, что работали в Москве походами, селились – как ремесленники средних веков – на определённых улицах, в определённых районах: в Марьиной роще, за Спасской заставой, у Рогожского, у Симонова монастыря. Московские сезонные походы чередовались с деревенскими работами, поэтому и сложился у них необычный быт – сезонно мерный, как у перелётных птиц.
Обращает на себя внимание резкая разница песен городских, большей частью революционных, и деревенских – старинных обрядовых, и удивительно, как это не смешивается, не вытесняет одно другое, и, кажется, даже наоборот: мастеровые-кустари, оторвавшись от деревни, бережно сохраняют древнюю обрядовую песню.
(163 слова)
По М. Пришвину