Прошло несколько недель, и жизнь моя в Белогорской крепости оказалась для меня не только сносной, но даже и приятной. Мария Ивановна скоро перестала со мною дичиться, и мы познакомились. Я в ней нашёл благоразумную и добрую девушку и незаметно привязался ко всему радушному семейству: и к мужу и жене Мироновым, и к Ивану Игнатьевичу.
Я был произведён в офицеры, и служба меня не только не отягощала, но и развлекала. В богоспасаемой крепости нашей не практиковалось обычной военной подготовки: смотров, учений, караулов. Комендант по собственной охоте учил иногда своих солдат, однако всё не мог добиться толку, и они то путали левую и правую ногу, то шагали как попало и нарушали строй.
У Швабрина было несколько французских книг, и я стал читать и упражняться в переводах и даже пробовал сочинять стихи. Обедал почти всегда у коменданта и там же проводил остаток дня и вечер. Общение с комендантом и его женой или разговоры с попом и попадьёй – всё это мне очень нравилось, но беседа Швабрина час от часу становилась для меня менее приятной. Всегдашние шутки его про семью коменданта были отвратительны, и колкие замечания о Марье Ивановне начинали меня сильно раздражать.
(188 слов)
По А. Пушкину