В последние годы наблюдается тревожное явление: несколько поколений наших соотечественников потеряли живую связь с поэзией и прозой XIX века. Доходит до того, что родители жалуются: "Зачем задавать детям учить наизусть стихи, которых они не понимают?"
Это был отрывок из стихотворения Пушкина "Осень", который родители сами учили в школе. Подростки не понимали всю первую строку. Не понимали, что такое "унылая", что такое "пора", а также "очей" и "очарованье". Почему же это получилось, что старшие поколения словарь русской классической поэзии понимали, а младшие перестали его понимать?
Я сделала маленькое открытие. Наши подростки читают в основном переводную литературу. Беда тут не в том, что это в основном фэнтези или детективы, а совсем в другом. Дело в том, что перевод с английского, французского или какого-нибудь другого языка не допускает русификации. Читатель должен сознавать, что перед ним английская или французская проза. Потому недопустимы диалектизмы, просторечие, слишком уж русские выражения (ну, скажем, – "Знамо дело…"), несколько устаревшие слова – то, что непременно встречается в оригинальной русской прозе. Только сегодняшний срез языка!
Так что наши подростки читают "очищенную" русскую прозу, в которой нет слов разного возраста и разных слоёв языка. К тому же они гораздо меньше, чем мы, учат наизусть Пушкина и Грибоедова… И когда за семейным новогодним столом собираются три поколения семьи, то разговор родителей с бабушкой и дедушкой, где иногда проскочат цитаты их этих поэтов, вызывает у подростков недоумение. Иными словами, теряется общий для всей нации язык русской классической поэзии. А это ведь бесспорная скрепа нации!
(237 слов)
По М. Чудаковой