Знаменитый художник Менцель так увлекался иногда работой, что относился почти бессердечно к своим натурщикам. В тысяча восемьсот восемьдесят втором году он писал огромную картину, и моделью для неё ему служил молодой солдат. Менцель соорудил для солдата особые подмостки, на которых служивый и позировал перед ним в крайне неудобном положении. Случилось однажды, что Менцель, оторвавшись от окружающей действительности, весь охваченный пылом творчества, выдержал несчастного натурщика в этой мучительной позе целых два часа. Солдат стоял, то и дело кривясь, но попросил наконец позволения отдохнуть. Менцель, взглянув на него и вернувшись к действительности, в первую минуту даже испугался. «О, конечно, конечно, отдохни, давно пора! – воскликнул художник. – Ты извини меня, я, работая, так увлекаюсь!» Но бедняга, не слушая живописца, спешил спуститься со своего эшафота по лестнице, ведущей с помоста на пол. Менцель, глядя на него, вдруг закричал: «Стой! Ни шагу дальше! Не шевелись, стой так!» Дело в том, что солдат-натурщик, спускаясь по лестнице, как раз принял позу, о которой Менцель мечтал, и которая была ему крайне нужна для картины, и вот, остановив солдата в этой, в высшей степени трудной позе, художник принялся с жаром работать, делая спешный набросок. Измученный солдат должен был выстоять в этой новой позе, гораздо более мучительной, чем первая, не менее получаса. Наконец эскиз был сделан, и тогда Менцель, с видом человека, любящего порядок и законченность во всех делах, сказал солдату: «Ну, теперь ты отдохнул. Полезай опять на помост. Надо работать, работать и работать!» Великий художник, очевидно, твёрдо держался доброго правила, гласящего, что отдых – это переход от одного занятия к другому.
(250 слов)