Я промок насквозь от росы и развёл костёр. Дым уверенно подымался к вершинам лиственниц и елей. Лиственницы уже облетели. Их тонкая хвоя непрестанно сыпалась сверху, хотя ветра и не было. На лиственнице около торжественно разгорающегося костра трещала какая-то птица. Казалось, что эта птица – здешний лесной парикмахер, что она стрижёт хвою, щёлкает ножницами, сыплет эту хвою вниз, мне на голову, на реку, на костёр.
Я сушился и смотрел на реку. Жёлтые листья плыли островами, цеплялись за коряги, останавливались. Сзади постоянно наплывали новые груды листьев. Они запруживали реку, потом начинали медленно поворачиваться, вырываться из цепких лап коряг и наконец отрывались и уплывали, то разгораясь, как золото, когда попадали на солнце, то погасая и чернея, когда на них падала тень от кустов.
(119 слов)
По К. Паустовскому