Семь с половиной месяцев люди мучительно ждали: придёт ли один особенный день развязки. И вот этот день наступил. Как обычно, в восемь часов утра под звон судового колокола взвился андреевский флаг. Но сегодня в честь коронования царя и царицы одновременно заплескались в сыром и порывистом воздухе ещё два таких же флага на обеих мачтах. Эти же флаги имели значение боевых.
Настроение экипажа сверх обыкновения было приподнятое. Слышался оживлённый говор. Некоторые, забравшись в укромный уголок, играли в шашки, другие читали книги. Страшно было думать о том, что этим людям сегодня предстоит участвовать в сражении, в котором, может быть, многие найдут себе смерть. Они как будто нарочно рисовались друг перед другом своим равнодушием к опасности: слишком уж надоела такая монотонная жизнь. Около восьми месяцев они проплавали в чужих морях, редко съезжая на берег, выполняя непосильные работы, перенося голод, испытывая изнуряющую тропическую жару.
Кроме того, со дня отплытия из Либавы их не переставали пугать нападениями со стороны японцев. Слухи указывали, что они подстерегают их повсюду. В особенности они усилились после Мадагаскара, а ещё больше – после аннамских вод. Каждую ночь они проводили в ожидании минных атак. Теперь всё это кончилось и приближалась развязка: одним – холодная могила в этих водах, другим – избавление и отдых на родной земле.
В десятом часу слева, впереди по курсу, на расстоянии около шести кабельтовых показалось четыре неприятельских корабля. Один из них был двухтрубный, а остальные – однотрубные. С переднего мостика долго всматривались вдаль, прежде чем определить их названия. Это были броненосцы второго класса, старые, с малым ходом.
На вспомогательном крейсере "Урал" был усовершенствованный аппарат беспроволочного телеграфа, способный принимать и отправлять телеграммы на расстояние до семисот миль. С помощью такого аппарата можно было перебить донесения японских крейсеров, но этим не воспользовались. Чтобы так пренебрегать противником, нужно было иметь большую уверенность в превосходстве своих сил, а этой уверенности ни у кого из нас не было.
(302 слова)
По А. Новикову-Прибою