Солнце склонялось к западу и косыми жаркими лучами невыносимо жгло мне шею и щеку, невозможно было дотронуться до раскалённых краёв брички. Впереди нас, на одинаковом расстоянии, мерно покачивался высокий запылённый кузов кареты, из-за которого виднелся изредка кнут, которым помахивал кучер. Всё моё внимание было обращено на верстовые столбы, которые я замечал издалека, и на облака, прежде рассыпанные по небосклону, которые, приняв зловещие чёрные тени, теперь собирались в одну большую, мрачную тучу. Гроза наводила на меня невыразимо тяжёлое чувство тоски и страха.
До ближайшей деревни оставалось ещё верст десять, а большая, тёмно-лиловая туча, взявшаяся неизвестно откуда, без малейшего ветра быстро продвигалась к нам. Лошади настораживают уши, раздувают ноздри, как будто принюхиваясь к свежему воздуху, которым пахнет от приближающейся тучи. Мне становится жутко, и я чувствую, как кровь быстрее обращается в моих жилах. Вся окрестность вдруг изменяется и принимает мрачный характер. Ослепительная молния заставляет лошадей остановиться и без малейшего промежутка сопровождается таким оглушительным треском грома, что, кажется, весь свод небес рушится над нами. На кожаный верх брички тяжело упала крупная капля дождя... другая, третья, четвёртая, и вдруг как будто кто-то забарабанил над нами, и вся окрестность огласилась равномерным шумом падающего дождя. Ветер усиливается, гривы и хвосты лошадей принимают одно направление и отчаянно развеваются от порывов неистового ветра.
Косой дождь, гонимый сильным ветром, льёт как из ведра.
Но вот дождь становится мельче; туча начинает разделяться на волнистые облака, светлеть, в том месте, в котором должно быть солнце, виднеется клочок ясной лазури.
(239 слов)
По Л. Толстому