Мы прибыли в Цей в конце июля. Все последние дни здесь было пасмурно, и не только снеговые вершины, но и бесснежный хребет Кальпер был закрыт непроницаемой, дышащей влагой, колыхающейся пеленой тумана. Вчера вечером туман настолько опустился, что окружающие нас горы совершенно утонули в нём, а горное ущелье стало похожим на сырую низину. Ночью было холодно. Мы приуныли. Казалось, восхождение на Цейский ледник не даст тех богатых впечатлений, о которых мы столько слышали. Утро разбудило нас сверкающим солнцем, и ночные опасения мигом рассеялись. Я вышел на веранду и окинул восхищённым взглядом грандиозный горный ландшафт, открывающийся впереди.
Отвесной серой стеной вставал хребет Кальпер; правее гигантским каменным куполом уходила в голубую высь вершина Уанигба. Нужно было закинуть голову, чтобы увидеть гранитный её массив, тонущий в прозрачной вуали быстро тающего тумана. Когда мы тронулись в путь, редеющий туман, стремительно уходя вверх, с каждой секундой открывал всё новые чудеса в густой синеве неба. Будто завеса подымалась над огромной ареной, и когда мы перешли бурную реку, – изумительная панорама развернулась перед нашими глазами. Влево тяжёлым белоснежным массивом печатается на небесной синеве царственная вершина Адай-хох со сползающим с неё Скагским ледником, застывшим в холодном покое. Впереди темнеет купол Уанигба, поражающий правильностью форм отвесных голых склонов. Правее его уходит в небо покрытая девственным снегом вершина Эльбуат-хох и громоздится серой зубчатой стеной, изрезанной кое-где снежными полосами, хребет Саухох. Тропинка долго вьётся берегом Цейдона в зарослях. Вот вдали показалась нижняя часть ледника. Издали она кажется просто грязной от массы покрывающих лёд перетёртых обломков горных пород, и трудно поверить, что это лёд, рождающий такие прозрачные ледниковые ручьи и реки.
(256 слов)