С незапамятных времён Москва складывалась как центр торговли и ремесленного производства, пересечения многочисленных торговых и дипломатических путей с юга на север, с запада на восток. Такой же сложной и многообразной формировалась её культура. На первый взгляд, открытая всем ветрам и влияниям, на деле обладавшая удивительной способностью переплавлять эти влияния в едином котле русских интересов, представлений, нравственных устремлений. Иноземцы не раз отзывались, что в Москве им было легко дышать. Но ни один из них не ушёл от сильнейшего влияния русской действительности и культуры. Например, приезжает знаменитый итальянец Аристотель Фиораванти по приглашению великого московского князя Ивана III строить главный собор русских земель – Успенский в Московском Кремле и тратит несколько лет, чтобы познакомиться с русским церковным зодчеством, едет на Белое море. Он не предлагает итальянского проекта храма, но создаёт чисто русский образ, как бы пропущенный через сито представлений итальянского Возрождения и технических достижений.
Для историков польской музыки до сих пор представляет загадку, почему уезжавшие в Московское государство их привыкшие играть в костёлах органисты возвращались на протяжении всего XVII столетия светскими музыкантами, начинавшими совсем по-новому чувствовать и интерпретировать органную музыку.
В часовне Вавельского замка в Кракове написанные русскими иконописцами фрески признаются самыми внутренне просветлёнными, словно освобождёнными от мирских забот.
Всё, что создавала русская культура, было неизменно связано с Москвой, так или иначе проходило через её культурную жизнь. Столица создавала и поддерживала культурную среду, благодаря которой таким сильным оказывалось её влияние на всю страну. Вдохновение Москвы, к которому так стремились деятели искусства, заключалось именно в живой, развивающейся и во многом незнакомой нам, потомкам, среде.
(249 слов)
По Н. Молевой